В порыве борьбы с участниками картелей и необходимостью неукоснительного выполнения задачи пополнения бюджета страны органы прокуратуры до сих пор не понимают очевидной истины, что такое сделка, а что ей никогда являться не будет.
Заказчик разместил извещение о проведении аукциона на выполнение работ по ремонту Центральной части г. Челябинска в рамках подготовки к саммитам ШОС и БРИКС. 4 компании подали заявки на участие в торгах, 3 из которых приняли участие в торгах; победитель снизил цену от НМЦК на 12%. Заказчик заключил контракт с обществом на 111,9 млн. руб.
Исполнитель контракта решил заключить субподрядный договор с компанией, которая также участвовала в торгах, но не победила. УФАС признал обе компании и заказчика нарушившими ст. 16 Закона о защите конкуренции, поскольку было установлено, что работы были выполнены субподрядчиком еще до заключения контракта между заказчиком и победителем аукциона. Решение УФАС было признано впоследствии судами законным.
Прокуратура обратилась в Арбитражный суд Челябинской области с иском к двум подрядным компаниям и заказчику с требованием признать недействительной (ничтожной) сделку – ограничивающее конкуренцию соглашение, совершенную между компаниями и заказчиком и применить последствия недействительности ничтожной сделки и взыскать в доход РФ солидарно с двух компаний сумму незаконного дохода, полученного в результате реализации запрещенного антимонопольным законодательством соглашения, в размере 68 млн. руб.
Прокуратура всерьез считала, что:
➖действия участников картеля, их договоренность действовать тем или иным образом с целью устранения конкуренции и извлечения сверхприбыли носят сделочный характер, направлены на установление взаимных прав и обязанностей;
➖ст. 169 ГК РФ содержит норму применительно к рассматриваемому спору о возможности взыскания дохода, полученного от незаконной деятельности в казну государства;
➖своими совместными согласованными противоправными действиями обе компании причинили ущерб экономическим интересам общества и государства, в связи с этим должны нести солидарную ответственность. Логика такая: раз участвовали вместе в аукционе, то и отвечайте солидарно, вместе!
⚖️Суды трех инстанций решили иначе и вынуждены были разъяснить прокуратуре очевидные, прописные юридические истины, которые надзорный орган не понимает:
1️⃣недействительной сделкой признается лишь действие, совершенное в виде сделки, в котором законом или судом установлено нарушение хотя бы одного условия действительности последней, не способное породить те гражданско-правовые последствия, наступления которых желали бы ее стороны;
2️⃣нельзя признать недействительной сделкой то, что не является сделкой по сути. Установление понятия картеля в публичном праве для привлечения к административной или уголовной ответственности не влечет его признания гражданско-правовой сделкой;
3️⃣картельное соглашение – неправомерное действие, но не сделка, т.е. юридический факт совсем иной правовой природы;
4️⃣соглашение по смыслу антимонопольного законодательства не равнозначно понятию гражданско-правового договора, и для разрешения тех или иных вопросов, связанных с соглашением, пользоваться нормами ГК РФ недопустимо, картель – разновидность правонарушения, а не сделка;
5️⃣требования о признании такого соглашения недействительной сделкой и о применении последствий недействительности сделки в порядке статьи 169 ГК РФ является ненадлежащим способом защиты нарушенных прав;
6️⃣являются необоснованными доводы прокуратуры о том, что ответчики должны нести солидарную ответственность. Согласно пункту 1 статьи 322 ГК РФ солидарная ответственность возникает, если солидарность обязанности предусмотрена договором или установлена законом, в частности при неделимости предмета обязательства. При этом Законом о защите конкуренции не установлена солидарная ответственность, а предмет обязательства неделимым не является.
В итоге все три судебных инстанции прокуратура проиграла, отметили на канале Закупки и госзаказ.
Документ: постановление АС Уральского округа от 01.07.2025 г № Ф09-1979/2025 по делу А76-194/2024
