1.В первом деле контрольный орган признал недопустимым установление заказчиком в положении о закупке таких случаев прямых закупок как:
- заключение прямого договора до 800 тыс. руб. – способ закупки никакими критериями (кроме как ценового) и случаями не ограничен, что позволяет заказчику осуществлять закупку у едпоставщика независимо от наличия конкурентного рынка, создает возможность привлечения исполнителя без проведения торгов, и, как следствие, приводит к дискриминации и ограничению конкуренции;
- заключение прямого договора на разработку ПСД – рынок таких работ является открытым и конкурентным, такое основание для закупки у едпоставщика ограничивает конкуренцию;
- заключение прямого договора на оказание услуг охраны – рынок конкурентный, условие ограничивает конкуренцию.
Действия заказчика по определению случаев закупки у едпоставщика были квалифицированы контрольным органом как нарушающие ч. 1 ст. 17 Закона о защите конкуренции, в силу которой предусмотрены антимонопольные требования к торгам, а не к проведению закупок у едпоставщика.
Документ: Решение Марийского УФАС от 28 декабря 2023 г по делу N 012/01/17-932/2023
2.В другом деле УФАС установило, что в положении о закупке заказчик предусмотрел возможность заключения прямых договоров на сумму, не превышающую 50 млн. руб. Практика заключения заказчиком нескольких договоров с едпоставщиком на поставку угля была квалифицирована антимонопольным органом как антиконкурентное соглашение (п. 3 ч. 4 ст. 11 Закона о защите конкуренции).
Документ: Решение Бурятского УФАС России от 28.03.2024 по делу N 003/01/11-34/2024
3.При рассмотрении практики закупок другого заказчика УФАС признал ограничивающими конкуренцию следующие случаи закупок у едпоставщика, предусмотренные положением о закупке заказчика:
- транспортные услуги – позволяет закупать заказчику любые транспортные услуги, что ограничивает конкуренцию;
- телематические услуги и услуги связи по передаче данных – не относятся к сфере деятельности естественных монополий, такие услуги не могут быть объектом прямой закупки;
- услуги охраны – являются конкурентным рынком, не относятся к едпоставщику;
УФАС также провел анализ закупочной деятельности заказчика в течение 2020-2023 гг. и установил, что в указанный период заказчик проводил закупки только у едпоставщика.
Документ: Решение Воронежского УФАС от 3 мая 2024 г. по делу N 036/01/17-285/2024
4.В другом деле УФАС установила, что заказчик предусмотрел в положении о закупке возможность заключения прямого договора на сумму, не превышающую 500 млн. руб. В частности, по этому основанию заказчик заключал договоры на строительно-монтажные работы.
Указанные действия были квалифицированы УФАС как нарушающие антимонопольные запреты, предусмотренные ч. 1 ст. 17 Закона о защите конкуренции.
Документ: Решение Краснодарского УФАС от 1 июля 2024 г. по делу N 023/01/17-5845/2023
Как видим, вопреки разъяснениям Верховного Суда РФ о том, что действия заказчиков при осуществлении закупки товаров, работ, услуг у единственного поставщика согласно положению о закупке, принятому в соответствии с Законом о закупках, не могут быть рассмотрены на предмет нарушения статьи 17 Закона о защите конкуренции (пункт 37 Пленума ВС РФ от 04.03.2021 № 2), практика ФАС показывает, что позиция Верховного Суда РФ контрольный орган не интересует,
-выразили мнение на канале Закупки и госзаказ.
В итоге, заключение заказчиком договора с едпоставщиком ФАС квалифицирует как нарушение антимонопольных требований к торгам по части 1 статьи 17 Закона о защите конкуренции, которые никто не собирался проводить.
ФАС также не приводит в своих решениях детализации того, о каком именно вменяемом заказчику нарушении идет речь из широкого перечня антимонопольных запретов, который есть в части 1 статьи 17 Закона № 135-ФЗ.
