В новости от 7 июля мы в очередной раз рассказывали о том, что при неконкурентных закупках риски признания сделок недействительными значительно увеличиваются. В большинстве случаев должностные лица учреждений – заказчиков полагают, что какие-либо иные негативные последствия неконкурентных закупок исключены, поскольку возможность осуществления таких закупок прямо предусмотрена как Законом № 44-ФЗ, так и Законом № 223-ФЗ. Вместе с тем именно при неконкурентных закупках наиболее высоки риски коррупционных нарушений. Поэтому признание контракта / договора недействительным в случаях, когда одной из сторон гражданских правоотношений является государственное / муниципальное учреждение, в большинстве случаев является поводом для анализа причин и условий, повлекших за собой недействительность сделки, через призму уголовного права.
Антимонопольным законодательством установлен запрет на соглашения между хозяйствующими субъектами, которые создают другим хозяйствующим субъектам препятствия доступу на товарный рынок. Учреждения – заказчики, отдавая предпочтения неконкурентным закупкам только потому, что такая возможность предусмотрена законом, должны исключать риски возникновения у должностных лиц заказчика личной заинтересованности в закупке у конкретного лица. Денежные средства государственных / муниципальных учреждений являются публичной собственностью, а потому, принимая решения о неконкурентных закупках, соблюдать нужно не только антимонопольное, но и антикоррупционное законодательство. Именно с этой точки зрения и нужно выстраивать систему внутреннего контроля, чтобы исключать риски подобного рода злоупотреблений.
Как показывает практика, виновниками подобного рода преступлений могут быть должностные лица учреждения – заказчика – как сами руководители, их заместители, контрактные управляющие, так и иные лица, к должностным обязанностям которых относится определение потребности в тех или иных закупках. Более того, заинтересованными в закупках у конкретного контрагента могут быть представители органа – учредителя, управленческие решения которых фактически вынуждают руководителей учреждений заключать и оплачивать договоры / контракты с конкретными лицами, минуя конкурентные процедуры.
Конечно, даже если положения локальных стандартов указывают на наличие в учреждении системы внутреннего контроля, это еще не означает, что такая система действительно работает. Зачастую работники учреждения выражают нежелание участвовать в тех или иных комиссиях, поскольку сама идея создания таких комиссией возникает у руководителей исключительно для того, чтобы избежать единоличной ответственности за неправомерные решения. Однако подобный подход не избавляет руководителя от ответственности, поскольку впоследствии именно члены формально созданной комиссии становятся свидетелями в рамках уголовных расследований.
Довольно распространены случаи, когда инициаторами неконкурентных закупок являются сами руководители учреждений (приговор Киселевского городского суда Кемеровской области от 27 января 2026 г. по делу N 1-43/2026, постановление Заводского райсуда г. Кемерово Кемеровской области от 16.10.2025 по делу № 1-315/2025, апелляционное определение СК по уголовным делам Приморского краевого суда от 22.04.2025 по делу № 22-1609/2025). В одном из примеров аргументом виновной стороны в пользу законности таких закупок были в том числе Положение о закупках, а также письма органа – учредителя о согласовании сделок с единственным поставщиком. Однако суд счел вину руководителя доказанной, поскольку многочисленные свидетели, в том числе и члены комиссии по закупкам, а также лица, ответственные за эксплуатацию имущества, подтвердили, что их участие в комиссии сводилось исключительно к подписанию актов. При этом формальное соответствие принятых руководителем решений Положению о закупке, а также одобрение сделок органом – учредителем не являются обстоятельствами, исключающими вину, поскольку причиной осуществления неконкурентной закупки стала личная материальная заинтересованность руководителя автономного учреждения.
Таким образом, антиконкурентным соглашением, по сути, является соглашение о взятке с представителями того единственного поставщика, подрядчика, исполнителя, которого в конечном итоге выбирает заказчик, опираясь на положения Закона № 223-ФЗ и утвержденного в соответствии с его требованиями Положения о закупках. Индикатором подобного рода антиконкурентных соглашений является решение о смене типа подведомственных учреждений с бюджетного на автономное. Бытует мнение, что автономные учреждения более свободны в решениях об осуществлении закупок у единственного поставщика по Закону № 223-ФЗ и для этого всего лишь необходимо включить соответствующие условия в Положение о закупках. Принимая решения об изменении типа учреждения с бюджетного на автономное, по сути, орган – учредитель создает более благоприятные условия для злоупотреблений со стороны должностных лиц учреждения (приговор Центрального райсуда г. Красноярска Красноярского края от 12.05.2026 по делу №1-210/2026). Вместе с тем, принимая такое решение, учредитель в рамках полномочий ГРБС обязан обосновать его в том числе с точки зрения соблюдения принципа эффективности использования бюджетных средств. Иными словами, решение об изменении типа учреждения на автономное не может быть произвольным только потому, что законодательством предусмотрена возможность создания не только бюджетных, но и автономных учреждений.
Большей по сравнению с Законом № 44-ФЗ свободой при осуществлении неконкурентных закупок в соответствии с Законом № 223-ФЗ злоупотребляют не только руководители автономных учреждений, но и их заместители. Особенно привлекательна возможность осуществления малых закупок без обоснования начальной максимальной цены договора и размещения информации о них в реестре договоров. Индикатором злоупотреблений со стороны должностных лиц, которые в силу своих должностных обязанностей способны повлиять на решение руководителя о заключении договора с конкретным лицом, является закупки у одного и того же лица (приговор Советского райсуда г. Рязани Рязанской области от 19.01.2026 по делу № 1-49/2026). Выявить признаки злоупотреблений при таких закупках может и должна бухгалтерская служба – для этого она располагает всеми необходимыми документами. И даже в том случае, если инициатор закупки не состоит в сговоре с представителями контрагента, и заключение нескольких договоров с одним и тем же контрагентом – банальная случайность, сам факт осуществления закупок одних и тех же товаров небольшими партиями указывает на недостатки в планировании деятельности учреждения. Возможность осуществления малых закупок у единственного поставщика предусмотрена законодательством в целях оперативного удовлетворения внезапно возникших потребностей учреждения, а не в целях осуществления на постоянной основе одних и закупок тех же товаров. Поэтому наличие таких закупок даже при отсутствии коррупционной составляющей может повлечь негативные последствия из-за искусственного дробления, что указывает на неэффективное использование ресурсов учреждения, то есть на недостатки в системе внутреннего контроля.
Далеко не всегда личная заинтересованность должностных лиц носит имущественный характер – она может быть обусловлена карьеризмом, желанием приукрасить действительное положение, представив себя в качестве эффективного руководителя госоргана / органа местного самоуправления, способного выполнять поставленные задачи, и заручиться поддержкой иных должностных лиц. Как правило в таких случаях у должностных лиц возникает умысел на превышение должностных полномочий. Так произошло в другом нашем примере: по инициативе должностного лица органа – учредителя автономное учреждение было вынуждено не только заключить договор в обход требований антимонопольного законодательства, но и подписать документы о приемке работ, фактически выполненных до заключения договора, и даже до момента регистрации права оперативного управления на здание, в котором указанные работы выполнялись. В целях оплаты выполненных работ автономному учреждению была предоставлена субсидия на иные цели. Решение о закреплении здания именно за автономным учреждением было принято представителями органа – учредителя исходя из наличия у автономного учреждения возможности осуществления неконкурентной закупки в соответствии с Законом № 223-ФЗ.
В заключение отметим, что о наличии у представителей учреждения – заказчика личной заинтересованности может свидетельствовать как приемка фактически непоставленных товаров, невыполненных работ, неоказанных услуг, так и отказ от претензионной работы в отношении нарушивших обязательства контрагентов (приговор Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 18.06.2025 по делу № 1-249/2025).
Документ:Приговор Кировского районного суда г. Уфы Республики Башкортостан от 4 июля 2025 г. по делу № 1-64/2025
источник:ГАРАНТ.РУ
