Верховный Суд РФ сформировал важную позицию для должностных лиц заказчиков, участвующих в приемке товаров по государственным контрактам. Если лицо осознанно подписывает документы о приемке, зная о существенных недостатках поставленного товара, такие действия не могут автоматически квалифицироваться как халатность.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ рассмотрела дело главного врача государственного медицинского учреждения Республики Дагестан, подписавшей акты приемки и ввода в эксплуатацию восьми аппаратов искусственной вентиляции легких, поставленных по государственному контракту в период пандемии COVID-19.
Что произошло
Как установили суды первой и апелляционной инстанций, до подписания документов руководителю учреждения было известно, что поставленные аппараты ИВЛ:
- имеют следы эксплуатации;
- поставлены не в полной комплектации;
- частично неисправны.
Несмотря на это, были подписаны акты приемки и ввода оборудования в эксплуатацию, содержащие сведения о его надлежащем качестве и комплектности. На основании этих документов заказчик оплатил поставку стоимостью 24 млн рублей. Впоследствии следствие пришло к выводу, что бюджету причинен имущественный ущерб, а медицинские учреждения в период распространения коронавирусной инфекции не получили пригодное к использованию оборудование.
Почему возник спор
Первоначально действия должностного лица были квалифицированы как злоупотребление должностными полномочиями.
Однако Пятый кассационный суд общей юрисдикции пришел к выводу, что умысел отсутствовал, а руководитель лишь ненадлежащим образом исполнила свои обязанности, доверившись заверениям вышестоящего должностного лица о последующем устранении недостатков оборудования.
В результате действия были переквалифицированы на халатность (статья 293 УК РФ), после чего осужденную освободили от наказания в связи с истечением срока давности.
Позиция Верховного Суда
Верховный Суд признал такой подход преждевременным.
Суд указал, что кассационная инстанция не дала оценки всей совокупности доказательств и фактически проигнорировала обстоятельства, свидетельствующие о возможном наличии умысла.
Из материалов дела следовало, что руководитель учреждения:
- организовала проверку оборудования;
- получила информацию о его неисправности и некомплектности;
- знала о невозможности его нормальной эксплуатации;
- тем не менее подписала документы о приемке;
- не приняла мер к возврату оборудования;
- не направила в министерство составленный акт о выявленных недостатках.
По мнению Верховного Суда, именно эти обстоятельства требуют оценки при решении вопроса о форме вины.
Важный вывод для заказчиков
Особое значение имеет вывод Верховного Суда о том, что неучастие должностного лица в заключении государственного контракта либо отсутствие информации о предстоящей поставке само по себе не свидетельствует об отсутствии умысла при последующем подписании документов приемки.
Если после осмотра товара должностному лицу достоверно известно о его несоответствии условиям контракта, но оно все равно удостоверяет приемку, вопрос о квалификации должен решаться с учетом всех обстоятельств дела и исследованных доказательств.
Практическое значение
Хотя определение принято по уголовному делу, его выводы имеют существенное значение для контрактной системы.
Документ еще раз подтверждает, что акт приемки является юридически значимым документом, а его подписание при осведомленности о недостатках товара может повлечь не только гражданско-правовые последствия, но и уголовно-правовую оценку действий должностных лиц.
Для членов приемочных комиссий, руководителей заказчиков и контрактных управляющих решение Верховного Суда служит напоминанием о необходимости документально фиксировать выявленные недостатки и не подписывать документы приемки до их устранения либо до принятия предусмотренных законодательством решений об отказе в приемке.
Документ: Кассационное определение Верховного Суда РФ от 18.06.2026 № 20-УДП26-3-К5
