Проектом постановления Правительства РФ предложены изменения в ряд актов, регулирующих информационное обеспечение контрактной системы и порядок осуществления контроля.

Документ подготовлен во исполнение положений Федерального закона № 484-ФЗ и направлен на приведение подзаконного регулирования в соответствие с обновлёнными нормами Закона № 44-ФЗ

Что изменится

1. Особый порядок для контрактов с единственным поставщиком (п. 4, 5 ч. 1 ст. 93 44-ФЗ)

Вводятся особенности включения таких контрактов в реестр:

• допускается упрощённое формирование и направление сведений;
• в переходный период можно направлять в ЕИС не полный комплект документов, а перечень контрактов;
• часть информации по таким контрактам не подлежит размещению в открытой части ЕИС

2. Расширение контроля по ст. 99 44-ФЗ

Контроль будет распространяться не только на контракты, но и на:

• проекты соглашений об изменении условий контракта;
• изменения цены и источников финансирования;
• соответствие финансового обеспечения условиям контракта

3. Уточнение документооборота вне ЕИС

Закрепляются особенности формирования и контроля документов:

• при закупках, содержащих сведения, составляющие государственную тайну;
• при закупках у единственного поставщика, оформляемых без использования ЕИС (ч. 14 ст. 93 44-ФЗ).

4. Перенос сроков цифровой интеграции

Срок обязательного направления через агрегатор торговли проектов контрактов и документов о приемке переносится:

• с 1 июля 2026 г. на 1 февраля 2028 г.

5. Расширение состава сведений реестра контрактов

В реестр дополнительно включат:

• сведения об оплате, включая налоги и обязательные платежи;
• информацию об удержанных неустойках;
• сведения об отказе заказчика от прав по независимой гарантии

Сроки

Основные изменения вступят в силу с 1 июля 2026 года, часть положений — с 1 июля 2027 года

 Экспертный комментарий

Дмитрий Доброштан, руководитель Рабочей группы при Общественном совете ФАС России по применению законодательства о государственных и корпоративных закупках:

“Проект носит не столько реформенный, сколько калибровочный характер. Правительство фактически легализует сложившуюся практику упрощённого учёта контрактов по пунктам 4 и 5 части 1 статьи 93 Закона № 44-ФЗ, снижая объём размещаемой информации и допускаемый уровень детализации.

При этом вектор регулирования смещается: если ранее контроль был сосредоточен преимущественно на стадии определения поставщика и заключения контракта, то теперь он последовательно переносится на этап исполнения — через проверку изменений условий контрактов, включая цену и источники финансирования.

Отдельно стоит отметить расширение состава сведений реестра контрактов. По сути, он трансформируется из регистра фактов заключения контрактов в инструмент финансового контроля, что объективно увеличивает риски для заказчиков при допущении нарушений на стадии исполнения.

В совокупности предлагаемые изменения свидетельствуют о попытке государства одновременно упростить процедурную нагрузку в сегменте малых закупок и усилить контроль там, где возникают наибольшие бюджетные риски — при изменении и исполнении контрактов”.

ID проекта: 01/01/03-26/00166841

Опубликована архитектура деловой программы Форума-выставки «ГОСЗАКАЗ», который пройдет под девизом «Курс на технологический суверенитет».

Организаторы представили структуру деловой программы, включающей восемь тематических блоков.

Национальный режим в закупках

Участники обсудят эффективность национального режима с точки зрения бизнеса, а также практику подтверждения российского происхождения товаров. Отдельное внимание уделят применению постановления № 719, порядку выдачи сертификата СТ-1 и перспективам введения постпроверок российской промышленной продукции. В рамках дискуссии о кадровом потенциале технологического лидерства затронут вопросы подготовки специалистов для промышленности.

Спрос на продукцию российских поставщиков

Эксперты рассмотрят роль малых технологических компаний и индустриальных кластеров как драйверов инновационного развития. Механизмы офсетных контрактов будут представлены как инструмент стимулирования отечественного производства.
Практическая сессия «Как стать надежным поставщиком?» будет посвящена участию в закупках, работе с электронными магазинами, исполнению контрактов и защите прав поставщиков.

Корпоративный закупочный сектор

В центре обсуждения — итоги и перспективы закупок по 223-ФЗ, объем которых достигает около 27 трлн рублей. Также запланирована дискуссия о внедрении медиативных процедур в корпоративных закупках.

Региональный аспект

Повестка закупок в субъектах РФ будет представлена на открытом заседании Союза закупщиков, а также в рамках обсуждения инициатив Ассоциации «РОСТ».

Цифровизация закупок и продаж

Цифровой блок охватит развитие ЕИС, внедрение новых цифровых решений и применение искусственного интеллекта в закупках. Отдельно рассмотрят сегмент «малых» закупок объемом около 1 трлн рублей, а также вопросы функционирования системы «ГИС Торги».

Новые темы программы

Впервые в деловую программу включены:
– государственные и корпоративные закупки стран БРИКС+ и ЕАЭС;
– стратегически важные закупки в закрытом контуре.

Отраслевая специфика закупок

Запланированы специализированные секции по ключевым сферам: строительство и ЖКХ, здравоохранение, энергетика, образование и реставрация объектов культурного наследия.

Открытый диалог

Финалом деловой программы станут форматы прямого общения — сессия «Вопросы поставщиков и заказчиков — ответы контролеров и регулятора», а также деловые гостиные с участием госорганов и заказчиков.

XXI Всероссийский форум-выставка «ГОСЗАКАЗ» пройдет 13–15 мая в инновационном центре «Сколково».

Подробная информация о мероприятии на официальном сайте: www.goszakaz-forum.ru

Внимание со стороны органов прокуратуры к контрактам, заключаемым бюджетными и автономными учреждениями с единственным поставщиком, становится все пристальнее (Постановление Одиннадцатого ААС от 13 февраля 2026 г. № 11АП-14649/25), (Постановление Восемнадцатого ААС от 4 февраля 2026 г. № 18АП-12345/25) . И как правило, это контракты, заключаемые за счет средств предоставленных таким учреждениям субсидий на иные цели. То есть почти всегда сам учредитель инициирует заключение подведомственными учреждениями контрактов, которые впоследствии признаются недействительными по искам органов прокуратуры.

Источник: Система ГАРАНТ

Госдума отклонила в первом чтении законопроект, которым предлагалось добавить в статью 31 Закона N 44-ФЗ новое ограничение для участников закупок.

По проекту участником закупки не могло бы стать юридическое лицо, которое в течение 2 лет до подачи заявки привлекали к административной ответственности за незаконное привлечение иностранных граждан к трудовой деятельности.

Ранее мы уже писали об этом законопроекте, когда его только внесли в Госдуму.

Теперь проект – отклонен, поэтому такое ограничение в Закон N 44-ФЗ не внесут.

Документ:  проект федерального закона № 1032195-8

ГАРАНТ.РУ

Совет Евразийской экономической комиссии принял решение от 13.03.2026 № 27, которым внесены изменения в решение от 23.11.2020 № 105 о правилах определения страны происхождения отдельных видов товаров для целей государственных (муниципальных) закупок.

Документ направлен на уточнение и развитие подходов к подтверждению происхождения товаров в рамках ЕАЭС и фактически усиливает требования к локализации продукции.

Основные изменения

1. Расширен перечень товаров

В правила включены новые категории продукции, в том числе:

• транспортные средства (например, отдельные виды специализированного транспорта),
• химическая продукция (присадки, ПАВы, пестициды),
• электротехническое и энергетическое оборудование,
• отдельные виды машиностроительной и электронной продукции.

Для них установлены самостоятельные критерии отнесения к продукции, произведенной на территориях государств – членов ЕАЭС.

2. Детализированы требования к локализации (балльная система)

Для ряда товаров закреплены:

• перечни технологических операций,
• количество баллов за их выполнение,
• минимальные пороговые значения (в ряде случаев с поэтапным повышением с 2026 года).

Подтверждение происхождения теперь напрямую зависит от глубины производственных процессов, а не только от факта сборки.

3. Установлены дополнительные требования к производителю

Во многих позициях предусмотрено:

• наличие прав на конструкторскую и технологическую документацию,
• наличие сервисных центров,
• выполнение НИОКР или использование их результатов.

Это усиливает акцент на технологической самостоятельности производителя.

4. Ограничена доля иностранных компонентов

Для отдельных видов продукции введены ограничения на долю иностранных сырья, материалов и комплектующих (например, не более 10–30% стоимости).

5. Введена обязанность уведомления ЕЭК о национальных изменениях

Государствам – членам рекомендовано заранее информировать ЕЭК:

• о планируемых изменениях перечней товаров,
• о корректировке порядка подтверждения происхождения (за 1–3 месяца до вступления изменений в силу).

Вступление в силу

Решение вступает в силу по истечении 30 календарных дней со дня официального опубликования.

 Экспертный комментарий

Дмитрий Доброштан, руководитель Рабочей группы при Общественном совете ФАС России по применению законодательства о государственных и корпоративных закупках:

“Принятые изменения подтверждают устойчивый тренд на ужесточение требований к подтверждению происхождения продукции в рамках ЕАЭС. Фактически речь идет о переходе от формального подхода (сборка) к оценке реальной технологической локализации.

Для участников закупок это означает рост значимости документального подтверждения производственных процессов и увеличение рисков отклонения заявок при недостаточной проработке вопросов происхождения товара. Особенно это актуально для продукции с высокой долей импортных компонентов”.

Прокуратура оспорила действия заказчика, который в 2021–2022 годах заключил с одним и тем же подрядчиком несколько контрактов на содержание автодорог и вывоз снега. Каждый из контрактов был заключён как закупка у единственного поставщика и не превышал 600 тыс. руб., однако совокупный объём работ составил почти 3 млн руб.

Контролирующий орган пришёл к выводу, что фактически речь шла о единой закупке, искусственно разделённой для обхода конкурентных процедур.

Подрядчик возражал, указывая, что работы различались по территориальному признаку (в границах и вне границ населённых пунктов), а также ссылался на появившуюся в 2026 году норму Закона № 44-ФЗ, допускающую проведение нескольких малых закупок однородных работ у единственного поставщика.

Однако суды трёх инстанций поддержали позицию прокуратуры и признали сделки ничтожными, применив одностороннюю реституцию. При этом они отметили:

• все контракты охватывали единую группу работ — содержание дорог в зимний период;

• сделки были направлены на достижение общей хозяйственной цели — обеспечение проезда по дорогам одного муниципального образования;

• территориальное разделение не имело объективного обоснования;

• совпадение сторон и периодичность заключения контрактов свидетельствуют о системном характере действий;

• ранее в действиях сторон уже усматривались признаки антиконкурентного соглашения, что подтвердило намеренный уход от конкурентной процедуры.

Суды также отклонили ссылку на новую норму Закона № 44-ФЗ, указав, что она не имеет обратной силы и не может легализовать ранее допущенные нарушения.

Отдельно стоит отметить, что антимонопольный орган в недавних разъяснениях также подтвердил последовательный подход к оценке дробления закупок, особенно при наличии признаков единой хозяйственной цели и искусственного деления объёма.

Комментарий эксперта

Дмитрий Доброштан, руководитель Рабочей группы при Общественном совете ФАС России по применению законодательства о государственных и корпоративных закупках:

“Практика по «дроблению» остаётся предельно жёсткой, несмотря на появление в 2026 году нормы о возможности проведения нескольких малых закупок у единственного поставщика. Ключевой вывод судов — важна не формальная структура контрактов, а экономическая сущность закупки.

Если у заказчика прослеживается единая хозяйственная цель, единый объект и единый подрядчик, попытка «разбить» закупку на контракты до 600 тыс. руб. с высокой вероятностью будет квалифицирована как обход конкурентных процедур.

При этом новая норма не даёт универсального «иммунитета». Она применима только при отсутствии признаков искусственного дробления. В противном случае контролёры и суды по-прежнему будут исходить из совокупности обстоятельств — сроков, предмета, территории и взаимосвязанности работ.

Для заказчиков это означает необходимость более аккуратного планирования: любое серийное заключение малых контрактов по однородным работам должно иметь чёткое экономическое и организационное обоснование, иначе риски признания сделок ничтожными сохраняются”.

Документ: Постановление АС Западно-Сибирского округа от 10.03.2026 № Ф04-5156/2026 по делу № А70-28096/2024

Если извещение размещено с электронной подписью должностного лица (специалиста по закупкам), ответственность за извещение и все приложенные документы несет именно это лицо? Что требуется для того, чтобы ответственность, например, за проект контракта в извещении нес юрист организации? Либо ответственность определяется должностными инструкциями в организации?

Короткий ответ:

По умолчанию (если в организации не разграничены зоны ответственности) — отвечает тот, кто подписал извещение ЭЦП. Именно это лицо несет персональную ответственность за соблюдение законодательства (ч. 2 ст. 12, ч. 1 ст. 107 Закона № 44-ФЗ).

Как сделать правильно?

Чтобы ответственность за конкретные блоки (например, за проект контракта) нес именно юрист, а за НМЦК — экономист, нужно выполнить одно условие: разграничить обязанности в локальных актах.

Должностные инструкции работников контрактной службы (или контрактного управляющего).
Положение (регламент) о контрактной службе, утвержденное приказом.

В этих документах должно быть четко прописано:
Кто готовит описание объекта закупки (п. 3.2.2.2 Приказа Минфина №158н).
Кто обосновывает НМЦК (п. 3.2.2.1 Приказа №158н).
Кто готовит проект контракта (п. 3 ч. 4 ст. 38 Закона № 44-ФЗ).

Важный нюанс про подпись:

Закон (ч. 1 ст. 42 44-ФЗ) требует, чтобы извещение подписывалось усиленной электронной подписью лица, имеющего право действовать от имени заказчика. Это может быть и руководитель, и уполномоченный сотрудник.

Но если документы готовил один человек, а подписал другой (формально), при проверке будут смотреть на должностные инструкции: кто именно был обязан подготовить корректный документ. Если инструкции «немые», то виновным признают подписанта.

Вывод:

Чтобы юрист отвечал за проект контракта, а специалист по закупкам — за остальное, пропишите это в документах. Иначе вся ответственность ляжет на того, чья ЭЦП стоит в ЕИС.

источник: Прогосзаказ.рф

Вправе ли сотрудники МВД запрашивать документы, которые размещены в открытом доступе (Закон N 44-ФЗ, Закон N 223-ФЗ), в рамках проведения оперативно-разыскных мероприятий?

Согласно пп. 2, 3 ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 07.02.2011 N 3-ФЗ “О полиции” (далее – Закон о полиции) деятельность полиции в числе прочего осуществляется по основным направлениям: предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений; выявление и раскрытие преступлений, производство дознания по уголовным делам.

В соответствии с ч. 1 ст. 8 Закона о полиции деятельность полиции является открытой для общества в той мере, в какой это не противоречит требованиям законодательства РФ об уголовном судопроизводстве, о производстве по делам об административных правонарушениях, об оперативно-разыскной деятельности, о защите государственной и иной охраняемой законом тайны, а также не нарушает прав граждан, общественных объединений и организаций.

Государственные и муниципальные органы, общественные объединения, организации и должностные лица должны оказывать содействие полиции при выполнении возложенных на нее обязанностей (ч. 4 ст. 10 Закона о полиции).

В силу п. 10 ч. 1 ст. 13 Закона о полиции на полицию возлагаются обязанности осуществлять оперативно-разыскную деятельность в целях выявления, предупреждения, пресечения и раскрытия преступлений, обеспечения собственной безопасности, а также в иных целях, предусмотренных федеральным законом.

Полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей предоставляются права проводить оперативно-разыскные мероприятия; использовать в целях конспирации документы, зашифровывающие сведения о сотрудниках органов внутренних дел, ведомственной принадлежности их подразделений, организаций и служб, помещений и транспортных средств, и обрабатывать сведения о сотрудниках органов внутренних дел, содержащиеся в государственных информационных системах и (или) базах данных государственных органов и государственных внебюджетных фондов; объявлять розыск и принимать меры по розыску лиц, совершивших преступления или подозреваемых и обвиняемых в их совершении, лиц, пропавших без вести, иных лиц, розыск которых возложен на полицию, а также объявлять розыск и принимать меры по розыску похищенных или угнанных транспортных средств, похищенного имущества, имущества, подлежащего конфискации (п. 10 ч. 1 ст. 13 Закона о полиции).

Статьей 1 Федерального закона от 12.08.1995 N 144-ФЗ “Об оперативно-розыскной деятельности” (далее – Закон об ОРД) предусмотрено, что оперативно-разыскная деятельность – вид деятельности, осуществляемой гласно и негласно оперативными подразделениями государственных органов, уполномоченных на то настоящим Федеральным законом (далее – органы, осуществляющие оперативно-разыскную деятельность), в пределах их полномочий посредством проведения оперативно-разыскных мероприятий в целях защиты жизни, здоровья, прав и свобод человека и гражданина, собственности, обеспечения безопасности общества и государства от преступных посягательств.

Задачами оперативно-разыскной деятельности являются: выявление, предупреждение, пресечение и раскрытие преступлений, а также выявление и установление лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших; осуществление розыска лиц, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда, уклоняющихся от уголовного наказания, а также розыска без вести пропавших; добывание информации о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации; установление имущества, необходимого для обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска, взыскания штрафа, других имущественных взысканий, или имущества, подлежащего конфискации (ст. 2 Закона об ОРД).

Оперативно-разыскная деятельность основывается на конституционных принципах законности, уважения и соблюдения прав и свобод человека и гражданина, а также на принципах конспирации, сочетания гласных и негласных методов и средств (ст. 3 Закона об ОРД).

При решении задач оперативно-разыскной деятельности органы, уполномоченные ее осуществлять, имеют право проводить гласно и негласно оперативно-разыскные мероприятия, перечисленные в статье 6 настоящего Федерального закона, производить при их проведении изъятие документов, предметов, материалов и сообщений, а также прерывать предоставление услуг связи в случае возникновения непосредственной угрозы жизни и здоровью лица, а также угрозы государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации (ст. 15 Закона об ОРД).

Перечень оперативно-разыскных мероприятий приведен в ч. 1 ст. 6 Закона об ОРД, в числе которых поименовано наведение справок.

Под наведением справок понимается мероприятие, заключающееся в получении (сборе) информации от предприятий, учреждений, организаций, должностных лиц и частных лиц, которые располагают ее официальными источниками (носителями, материалами, документами), как по официальным запросам, так и с использованием тактических приемов.

Такое получение или собирание информации представляет собой процесс истребования официальных документов, составление запросов и получение необходимой для решения задач оперативно-разыскной деятельности информации.

Частями 1, 2 ст. 7 Закона об ОРД установлено, что основаниями для проведения оперативно-разыскных мероприятий (далее – ОРМ) являются: наличие возбужденного уголовного дела или ставшие известными органам, осуществляющим оперативно-разыскную деятельность, сведения о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния, а также о лицах, его подготавливающих, совершающих или совершивших, если нет достаточных данных для решения вопроса о возбуждении уголовного дела; событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации; лицах, скрывающихся от органов дознания, следствия и суда или уклоняющихся от уголовного наказания; лицах, без вести пропавших, и об обнаружении неопознанных трупов.

Таким образом, основаниями для проведения ОРМ являются не только заявления о проведении проверки.

В ч. 5 ст. 14 Закона об ОРД предусмотрено, что при решении определенных настоящим Федеральным законом задач оперативно-разыскной деятельности органы, уполномоченные ее осуществлять, обязаны соблюдать правила конспирации при осуществлении оперативно-розыскной деятельности.

Из приведенных норм следует, что законодательство об оперативно-разыскной деятельности не обязывает орган, осуществляющий ОРМ, в том числе и по п. 2 ст. 6 Закона об ОРД – “наведение справок”, при мотивировке запроса сообщать цели, задачи, источники, основания и условия проведения этих оперативно-разыскных мероприятий лицам, в отношении которых проводятся такие мероприятия, поскольку Закон об ОРД не содержит требований, обязывающих указывать в запросе, в связи с чем истребуется информация, а также не требует раскрывать сведения о заведении дела оперативного учета, в рамках которого запрашиваются сведения.

Кроме того, законодательство никак не ограничивает пределы сбора информации для реализации целей ОРМ, а также объем истребуемой документации, кроме того, что все они должны касаться отработки информации о готовящемся, совершаемом или совершенном преступлении.

Конституционный Суд РФ неоднократно указывал, что исходя из смысла Закона об ОРД, его ст. 1, 2, 7, ч. 2 ст. 8 и ст. 10, определяющих цели, задачи, основания и условия проведения оперативно-разыскных мероприятий, под противоправным деянием в законе подразумевается лишь уголовно наказуемое деяние, т.е. преступление. Следовательно, проведение любого оперативно-разыскного мероприятия должно быть обусловлено исключительно необходимостью выяснения обстоятельств преступления. Проведение ОРМ для установления события не преступления, а административного или иных видов правонарушений противоречит закону. Более того, если в ходе оперативно-разыскной деятельности обнаруживается, что речь идет не о преступлении, а об иных видах правонарушений, то проведение оперативно-разыскного мероприятия в силу ст. 2 и ч. 4 ст. 10 должно быть прекращено. Если отсутствие в деянии признаков преступления выявляется до начала ОРМ или это следует из сведений, поступивших в полицию, то проведение на основании таких сведений каких-либо ОРМ в соответствии с подп. 1 п. 2 ч. 1 ст. 7 Закона об ОРД не может быть начато (определения Конституционного Суда РФ от 22.04.2005 N 198-О, от 15.07.2004 N 304-О, от 21.11.2013 N 1872-О, от 20.10.2005 N 375-О, от 22.04.2005 N 198-О и другие).

Таким образом, при проверке оснований для проведения ОРМ необходимо учитывать: каковы бы ни были сведения, из-за которых полиция решила провести ОРМ, эти сведения должны обязательно указывать на совершение деяния, предусмотренного УК РФ (смотрите: Энциклопедия решений. Основания для проведения полицией оперативно-разыскных мероприятий).

Кроме того, поскольку наведение справок является ОРМ, его могут осуществлять не все сотрудники полиции, а только наделенные полномочиями именно на осуществление ОРД. Перечень оперативных подразделений органов внутренних дел РФ, правомочных осуществлять оперативно-разыскную деятельность, установлен приказом МВД России от 31.03.2023 N 199.

Законом о полиции установлено, что законные требования сотрудника полиции обязательны для выполнения гражданами и должностными лицами. Воспрепятствование выполнению сотрудником полиции служебных обязанностей, невыполнение законных требований сотрудника полиции влечет предусмотренную законодательством РФ ответственность (ст. 30 Закона о полиции). Аналогичные положения закреплены и в ст. 15 Закона об ОРД.

Следовательно, на организации (их должностных лиц и работников) возлагается обязанность по обеспечению реализации возложенных на органы МВД России полномочий, функций и обязанностей, а также исключение воспрепятствования законным действиям сотрудников указанных органов.

Ответственность за неисполнение запроса предусмотрена ст. 19.7 КоАП РФ (смотрите Обобщение судебной практики, утвержденное постановлением президиума суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 13.02.2019, решения Мильковского районного суда Камчатского края от 23.08.2023 по делу N 12-19/2023 и N 12-18/2023, решение Новоуренгойского городского суда Ямало-Ненецкого автономного округа от 12.11.2018 по делу N 12-238/2018, решение Дорогомиловского райсуда г. Москвы от 16.01.2015 по делу N 12-74/2015, решение Котласского горсуда Архангельской области от 29.07.2013 по делу N 12-215/13, определение Краснодарского краевого суда от 14.08.2012 по делу N 33-15150/2012).

Отметим, что ни Закон о полиции, ни Закон об ОРД не содержат положений, которые освобождали бы адресатов запроса от предоставления информации, размещенной в государственных информационных системах.

К примеру, прокурору прямо запрещено требовать представления документов (их копий), материалов и сведений, которые были официально опубликованы в открытых источниках (п. 2.3 ст. 6 Федерального закона от 17.01.1992 N 2202-I “О прокуратуре Российской Федерации”). Но Закон о прокуратуре не распространяется на деятельность сотрудников МВД России.

В п. 14 Правил осуществления контроля в сфере закупок товаров, работ, услуг в отношении заказчиков, контрактных служб, контрактных управляющих, комиссий по осуществлению закупок товаров, работ, услуг и их членов, уполномоченных органов, уполномоченных учреждений, специализированных организаций, операторов электронных площадок, операторов специализированных электронных площадок, банков, государственной корпорации развития “ВЭБ.РФ”, региональных гарантийных организаций, утвержденных постановлением Правительства РФ от 1 октября 2020 г. N 1576, также указано, что контрольный орган вправе запрашивать и получать на основании мотивированного запроса в письменной форме документы и информацию, необходимые для проведения плановой (внеплановой) проверки, за исключением документов и информации, размещенных в соответствии с Федеральным законом о контрактной системе в единой информационной системе. В случае, если в ходе проведения плановой (внеплановой) проверки контрольным органом установлено, что информация и документы, размещенные в единой информационной системе, не соответствуют информации и документам, составленным в ходе определения поставщика (подрядчика, исполнителя) или аккредитации участника закупки на электронной площадке, специализированной электронной площадке, то для контрольного органа приоритет имеют информация и документы, размещенные в единой информационной системе.

Однако мероприятия по проверке заявлений и сообщений о преступлениях и происшествиях, разрешение которых отнесено к компетенции органов внутренних дел и иных органов дознания; оперативно-разыскная деятельность к государственному контролю (надзору), муниципальному контролю не относятся (ч. 3 ст. 1 Федерального закона от 31.07.2020 N 248-ФЗ “О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации”).

На этом основании полагаем, что сотрудники МВД в рамках проведения оперативно-разыскных мероприятий вправе запрашивать любые документы и только суд может оценить законность направленного МВД запроса об истребовании документов, содержащихся в открытых источниках, а также соответствие запроса требованиям законодательства об оперативно-разыскной деятельности.

При этом, как правило, доводы о том, что действиями МВД по истребованию большого объема информации создаются препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов организации, поскольку работники организации вынуждены отвлекаться от своей основной деятельности в целях исполнения запроса, отклоняются судами, так как исполнение запросов компетентных органов и предоставление по ним информации является обязательным для юридического лица и неразрывно связано с осуществлением его работниками своей трудовой деятельности (смотрите: решение Псковского городского суда Псковской области от 22.06.2023 по делу N 2а-3168/2023; решение Йошкар-Олинского городского суда Республики Марий Эл от 26.08.2022 по делу N 2а-4883/2022).

Ответ подготовил: эксперт службы Правового консалтинга ГАРАНТ Амирова Лариса

Эксперты и ФАС обсудили спорные нормы 44-ФЗ и 223-ФЗ

В системе государственных и корпоративных закупок накопился целый ряд проблем, связанных не столько с самим законодательством, сколько с его применением. Эти вопросы стали центральной темой заседания Рабочей группы по закупкам при Общественном совете при Федеральной антимонопольной службе (ФАС) России.

Эксперты рынка закупок, представители профессионального сообщества и сотрудники Управления контроля государственных закупок ФАС России обсудили девять вопросов, касающихся как законодательных инициатив, так и сложных аспектов правоприменения.

Заседание провел руководитель рабочей группы Дмитрий Доброштан. По итогам обсуждения ряд инициатив планируется вынести на рассмотрение Общественного совета при ФАС России, а также направить запросы в федеральные органы исполнительной власти и профильные подразделения антимонопольной службы.

Практику закупок предлагают систематизировать

Открывая обсуждение, член Общественного совета при ФАС России Олег Москвитин предложил подготовить книгу по актуальным вопросам применения законодательства о закупках.

Предполагается, что издание объединит правоприменительную практику ФАС, судебные позиции и экспертные комментарии по наиболее спорным вопросам применения законов №44-ФЗ и №223-ФЗ.

По мнению участников заседания, систематизация накопленного опыта может стать ориентиром для заказчиков, поставщиков и контрольных органов.

Способность поставщика исполнить контракт

Вопрос совершенствования законодательства в сфере закупок поднял председатель правления Ассоциации предприятий отрасли социального питания Андрей Плышевский.

Он обратил внимание на проблему формального допуска участников закупок, когда победителем может стать компания, фактически не обладающая необходимыми ресурсами для исполнения контракта.

По мнению экспертов, в социально чувствительных сферах — например, в организации питания — важно учитывать реальную ресурсную обеспеченность поставщика, включая наличие оборудования, персонала и финансовых возможностей.

Закупки в здравоохранении могут упростить

Сразу несколько вопросов представила эксперт-практик в сфере закупок Мария Тетерева.

В частности, обсуждалось предложение о включении учреждений здравоохранения в перечень заказчиков, которые могут закупать у единственного поставщика на сумму до 600 тыс. руб.

Сегодня таким правом обладают учреждения культуры, образования и науки. Эксперты отмечают, что для медицинских организаций скорость закупочных процедур нередко имеет критическое значение.

РНП и право отказаться от контракта

Еще одной темой дискуссии стал вопрос о включении в реестр недобросовестных поставщиков (РНП) участника закупки, занявшего второе место и отказавшегося от заключения контракта после расторжения договора с победителем.

Эксперты отметили, что действующее законодательство позволяет участнику реализовать право на отказ, однако правоприменительная практика в этой части остается неоднозначной.

Проверка сведений участников

Также участники заседания обсудили границы ответственности комиссии заказчика при проверке достоверности сведений, представленных участниками закупок.

Дискуссия касалась ситуации, когда недостоверность информации выявляется уже в ходе внеплановой проверки контрольного органа, и вопроса о том, можно ли в таком случае считать действия комиссии нарушением закона.

Банковские гарантии и формальный подход

С докладом о проблемах применения независимых (банковских) гарантий в закупках по закону №223-ФЗ выступил член Общественного совета при Ивановском УФАС России Максим Кугданов.

Эксперты обсудили возможность унификации требований к таким гарантиям и введения типовой формы, что могло бы снизить количество формальных отклонений заявок.

Замена лекарств при исполнении контрактов

Завершающий блок вопросов представил эксперт в сфере закупок Дмитрий Полехов.

Он предложил обсудить возможность корректировки части 7 статьи 95 закона №44-ФЗ, чтобы заказчики могли заменять лекарственные препараты при исполнении контракта не только на товар с улучшенными характеристиками, но и на взаимозаменяемые препараты.

Такая необходимость возникает, например, при дефиците лекарств на рынке.

Несколько стран происхождения

Еще одной инициативой стала возможность указывать несколько стран происхождения в заявке на поставку медицинских изделий и лекарственных препаратов.

По словам экспертов, это связано с особенностями современных производственных цепочек, когда фактическая страна производства может определяться уже на этапе поставки.

Поставка медицинского оборудования

Также обсуждалась возможность расширить применение части 12 статьи 93 закона №44-ФЗ.

Эксперты предлагают разрешить использовать эту норму не только при «чистой» поставке товара, но и при поставке медицинского оборудования, предусматривающей монтаж, ввод в эксплуатацию и обучение персонала.

Площадка для обсуждения закупочной практики

По итогам заседания участники отметили, что многие проблемы закупочной системы требуют либо точечных изменений законодательства, либо официальных разъяснений регуляторов.

Как отметил руководитель рабочей группы Дмитрий Доброштан, обсуждение показало, что значительная часть сложностей возникает на стыке норм закона и их практического применения.

«Рабочая группа стала площадкой, где профессиональное сообщество и регулятор могут обсуждать реальные проблемы закупочной практики. Наша задача — собрать такие вопросы и сформировать предложения, которые помогут сделать систему закупок более понятной и предсказуемой», — подчеркнул он.

Сформированные по итогам заседания предложения планируется представить на площадке Общественного совета при ФАС России, а также направить в профильные федеральные органы власти для дальнейшей проработки.

Стороны заключили контракт на зимнее содержание автомобильных дорог. Однако сразу после подписания подрядчик уведомил заказчика о невозможности приступить к исполнению из-за отсутствия исправной специализированной техники. В тот же день контракт был расторгнут по соглашению сторон.

Прокурор оспорил такое соглашение, указав, что заказчик фактически позволил подрядчику уклониться от ответственности. По мнению надзорного органа, при наличии оснований для одностороннего отказа заказчик должен был воспользоваться предусмотренными законом механизмами, а не освобождать контрагента от последствий неисполнения обязательств.

Апелляционная и кассационная инстанции поддержали позицию прокурора и признали соглашение о расторжении ничтожным.

Суды отметили, в частности, следующее:

• на момент расторжения потребность в зимнем содержании дорог сохранялась, цели контракта достигнуты не были; впоследствии заказчик заключил аналогичный контракт по более высокой цене;

• расторжение по соглашению сторон позволило подрядчику избежать негативных последствий — в том числе риска включения в реестр недобросовестных поставщиков, взыскания убытков по замещающей сделке, а также ответственности за срыв работ;

• прекращение контракта повлекло фактическую остановку работ по содержанию дорог, что создало угрозу жизни и здоровью граждан;

• подавая заявку, подрядчик подтвердил наличие необходимых ресурсов и согласился с условиями контракта, включая требования к исправной спецтехнике, однако о препятствиях для исполнения заранее не сообщил.

Таким образом, суды пришли к выводу, что формально допустимое соглашение о расторжении в конкретной ситуации было направлено на обход публично-правовых механизмов защиты интересов государства и граждан.

Документ: Постановление АС Центрального округа от 18.02.2026 № Ф10-4416/2025 по делу № А68-15660/2024